Роберт Дж. Сойер об отличном начале истории

Роберт Дж. Сойер: Отличное начало

Бу!

Напугал вас, не так ли? Но вместе с тем стимулировал прочитать второе предложение. Итак, даже несмотря на то что было всего три символа — первая строка сделала своё дело: она послужила ловушкой, которая привела вас к данной части текста. В этом смысле это было отличное начало.

Один канадский писатель ужасов, которого я знаю, недавно сказал кое-что очень интригующее: он с нетерпением ждал того дня, когда станет достаточно известным, чтобы ему не пришлось начинать с цепляющего первого предложения. Он хотел иметь возможность начать незаметно, чтобы читатель верил — рассказ стоит его или её времени только благодаря имени автора.

Но даже львы литературы по-прежнему стремятся к энергичному старту. Взгляните на вступительную фразу из романа Робертсона Дэвиса «Убийство и блуждающие духи» («Murther & Walking Spirits»): «Я никогда в жизни не был так поражён, как когда Нюхач вытащил своё скрытое оружие из футляра и повалил меня на землю мёртвым камнем».

В коротком рассказе вам действительно нужно зацепить аудиторию первым предложением. С романом у вас, вероятно, есть роскошь использовать целый абзац, чтобы заманить читателя в ловушку. Но независимо от того, что из них вы пишете, есть только четыре основных способа начать свою историю.

Во-первых, впечатляющее описание. В некотором смысле это сложнее всего, потому что ничего не происходит. И всё же, если вы сделаете это хорошо, читатель не сможет удержаться от продолжения: «Небо над портом напоминало телеэкран, включённый на мёртвый канал» («Нейромант» Уильяма Гибсона); «Ночная гавань Галифакса — прекрасное зрелище, и июнь часто находит мост Макдональда заполненным парочками и другими ценителями. Но в Галифаксе даже июнь может обернуться ледяными когтями» («Mindkiller» Спайдера Робинсона). Обратите внимание на то, что общего у этих двух примеров — отличное использование языка. Если вы собираетесь начать со статического описания, вы должны поразить воображение своими образами или поэзией.

Второй подход — стартовать с введения интригующего персонажа: «У миссис Слоун было только три пальца на левой руке, но, когда она ударила ими по столешнице, крошечные отполированные косточки на концах четвёртой и пятой культей стукнули, как ногти» («The Sloan Men» Дэвида Никла); «Меня зовут Робинетт Броудхед: вопреки своему имени, я мужчина» («Врата» Фредерика Пола). Читатель сразу же хочет узнать больше о миссис Слоун и Робинетт и поэтому продвигается вперёд.

Третий (и самый хитрый) подход — начать с газетной вырезки, или записи в журнале, или чего-то ещё, что на самом деле не является основным повествованием истории. Это можно сделать эффективно: романы «Кэрри» Стивена Кинга и «Ночной охотник» Джеффа Райса начинаются именно так. Будьте осторожны с этой техникой. Вы можете подумать: используя такой приём, я рассказываю читателю, что следующая история важна, и потому буду прощён за медленный старт. Но Кэрри сразу же попадает в знаменитую сцену в душевой спортзала, а «Ночной охотник» начинается с первого убийства вампиром. На самом деле, такое начало просто откладывает неизбежное — вам придётся дополнить газетную вырезку, или что-то ещё в том же духе, используя одну из трёх других классических техник повествования.

Четвертый и самый универсальный способ — начать с середины действия. Иногда достаточно одного предложения: «Он боялся, что при попытке перевезти девочку через канадскую границу возникнут проблемы, и поэтому ехал на юг, объезжая большие города и выбирая безымянные дороги, идущие словно через другую страну, — и сама эта поездка была как другая страна» («История с привидениями» Питера Страуба). Объяснения могут появиться позже — для захвата всё, что нужно знать — это то, что кто-то находится в бегах. Сразу же вы начали задавать вопросы. Кто бежит? От чего он убегает? Это его ребёнок или он его похитил? И вдруг вы читаете, желая узнать ответы.

Другой пример: «Трёхпалые руки Дракона согнулись в локтях. Жёлтые глаза твари горели неукротимым желанием стиснуть пальцы либо на моём оружии, либо у меня на глотке» (повесть Барри Б. Лонгиера «Враг мой», удостоенная «Хьюго»). Мы хотим покопаться и узнать, кто такой Дракон и как рассказчик оказался в столкновении с ним не на жизнь, а на смерть.

Вариант начала с середины, открывающийся диалогом: «Эдди хочет тебя видеть». / «Чего он хочет? — спросила Нита. — Ещё один минет?» («В этой женской душе» Шарля де Линта). Людям нравится подслушивать увлекательные разговоры других людей, и вы легко можете заманить их в ловушку, пока ваши персонажи говорят интересные вещи.

Но, если вы собираетесь стартовать с чего-то другого, кроме естественного начала истории, вам нужно тщательно выбирать. Я часто беру захватывающую сцену ближе к концу, перемещаю её в начало, а затем рассказываю большую часть истории как воспоминание, ведущее к этой сцене. Ярким примером является мой роман «Смертельный эксперимент», начинающийся с того, что детектив-женщина умирает в больнице. Сцена, в которой она смертельно ранена, происходит только на девяноста процентах пути по книге.

Что бы вы ни выбрали, хорошенько подумайте. Большинство людей, которых я знаю, сперва пытается написать начало своих рассказов. Хотя это кажется разумным, я предлагаю подождать, пока вы не закончите всё остальное, а затем разработать наилучший возможный старт. Это действительно самый важный элемент вашего рассказа, потому что именно от него зависит, будет ли прочитано всё остальное.

Об авторе
Роберт Джеймс Сойер — канадский писатель-фантаст, лауреат премий «Хьюго» и «Небьюла».

Фото: Bernard Clark
Переведено Анастасией Ладанаускене в ознакомительных целях
Источник

Просмотры 173 , сегодня 1 

Похожие статьи